📆 Сентябрь –

золото осени
Этот месяц – время выбора: возникнет необходимость принять сложное решение, при этом времени на долгие раздумья не будет.
В конце месяца у многих возникнет апатия и хандра – ни в коем случае не поддавайтесь депрессии: читайте книги, занимайтесь творчеством и проводите больше времени с близкими...
Наши друзья


«Отражение» при коммунистах

Идея создания «Отражения» принадлежит Владимиру Сидорову – в 1989 году он был секретарем по идеологии Казанского горкома ВЛКСМ. В это время горком решил воспользоваться выходом «Закона о кооперации» для организации предпринимательской деятельности и издания собственной газеты. С предпринимательской деятельностью все было неплохо, а попытка издания даже собственного рекламного листка была на корню придушена уже в 1988 году после первых трех номеров.

Однако осталась творческая группа, которая могла в любой момент заняться изданием газеты – в нее входили Артур Гафаров, на тот момент третьекурсник отделения журналистики КГУ, и Андрей Богданов, начинающий фотокорреспондент (а ныне – известный в городе фотохудожник, автор всех портфолио казанских фотомоделей!).

Так как издание должно было быть политическим, то обязанности политического обозревателя взял на себя Анвар Гафаров, кандидат исторических наук, преподаватель Казанского Университета. Первым же ответственным секретарем и художником газеты стал бывший сокурсник Артура Гафарова – Игорь Николаев: к сожалению, в 2000 году он погиб - попал под колеса грузовика. Именно он создал начальную графическую модель издания (1989-1991 гг.).

На пивных посиделках летом 1989 года Анвар Гафаров предложил название новой газеты – «Отражение», что сразу понравилось всем. Осенью того же года началась подготовительная работа: Владимир Сидоров предложил интересный способ, как обойти запреты на издательскую деятельность – он выдвинул идею выпускать «Отражение» как «информационно-методический бюллетень» при Доме Политпросвещения, что автоматически давало «крышу» Татарского обкома партии. Вскоре было получено согласие руководства Дома Политпросвещения – они даже выделили нам уютное помещение по адресу улица Баумана, 20, в самом центре города (ныне это здание Академии Наук Татарстана).

Итак, к октябрю 1989 года у нас было все, чтобы штурмовать неприступную крепость «обллита» (цензурной организации) – был необходимый статус, было помещение, была редакция, были деньги, необходимо было найти издательство и бумагу. Но в 1989 году это было практически невозможно...

Первые номера «Отражения» печатались в Зеленодольске – небольшом городе в 40 километрах от Казани. Бумагу доставали всеми возможными и невозможными способами. Выменивали на что-то у коммерсантов, прикупали по случаю, регулярно составляли безнадежные заявки о выделении бумаги из госфондов – но помощь пришла откуда не ждали: однажды в редакции «Отражения» появились помятого вида люди, все в наколках, типичные вчерашние «зэки». Вот они-то и взялись обеспечивать бумагой молодое издание в течение нескольких лет – вплоть до 1992 года. Партийные функционеры с удивлением наблюдали за нашими деловыми переговорами с дурнопахнущими работягами где-нибудь в буфете Дома Политпроса, но нас все устраивало – мы лишних вопросов не задавали, а ребята в наколках отвечали за свои слова...

Интересно, что выпуск первого номера «Отражения» сразу начался с казуса: ответственный секретарь газеты Игорь Николаев повез оригиналы в типографию, по дороге зашел в пивную и после этого, потеряв всякую ориентацию, до типографии не добрался, а папку с номером... потерял. Слава Богу, что по черновикам удалось восстановить номер за несколько часов.

Вторым казусом стало то, что Анвар Гафаров в одном из своих политических обзоров сталинской эпохи допустил ошибку: вместо фамилии «Зиновьев» написал «Каменев» – его расстройство достигало такой степени, что он вызвался... вычеркнуть ошибочное указание фамилии фломастером на всем 10-тысячном тираже!.. Но хватило его только на первую тысячу – потом, при распространении газеты на научных конференциях, каждый раз раздавался вопрос: «А что там было вычеркнуто? Что-то запрещенное?..» Мы сохраняли таинственное молчание...

Каждый номер «Отражения» вызывал скандал – всю группу во главе с Владимиром Сидоровым вызывали то в Дом Политпросвещения, то в обком, где устраивали мощнейшие разносы – буквально все вызывало раздражение. Однако, горком ВЛКСМ вел себя очень достойно и прикрывал «Отражение» как мог. А вскоре появились и первые друзья – Шамиль Хамматов, тогда завсектором печати обкома партии, выдал нам бумагу, где просил организации республики оказывать нам полную поддержку: за такую «бумажку» в те годы можно было лишиться и должности, и карьеры!..

Еще одним достаточно смелым человеком оказался Владимир Гаврилов, директор Издательства Татарского обкома КПСС, который под свою ответственность решил напечатать несколько номеров «Отражения» – кончилась эта затея тем, что один из номеров уже в набранном виде был рассыпан и выкинут в мусор, а директора издательства пригласили в обком и разносили в кабинете секретаря по идеологии...

Цензурное давление иногда принимало самые причудливые формы – так, иногда одобренные обллитом материалы вдруг неожиданно вызывали огонь со стороны учредителей: в 1990 году на одном из собраний по поводу очередного вышедшего номера «Отражения» руководство Дома Политпроса потребовало в следующем выпуске поставить статью... с опровержением уже вышедшего материала!.. Этот «заказняк» был «изготовлен» Виталием Федоренковым – инструктором отдела агитации и пропаганды горкома КПСС. Естественно, что мы посчитали это неким абсурдом и попытались решить этот вопрос чисто по-человечески: назначили встречу Виталию Федоренкову на площади Свободы перед зданием горкома, пытаясь убедить его отказаться от всей этой затеи – все-таки, кроме того, что он был работником партийной номенклатуры, он закончил университет и являлся кандидатом исторических наук. Но разговор не получился: типа, «вы, ребята, типичные диссиденты и антисоветчики, а с такими надо бороться»...

Самое смешное, что уже через полгода после разговора с «проклятыми антисоветчиками» Виталий Федоренков ушел из горкома и занялся... коммерческой деятельностью, организовав страховую компанию «Талисман» – поговаривают, что не без участия своего тестя, генерала КГБ. Все это является достаточно показательным примером, демонстрирующим истинное лицо нашей партийной номенклатуры тех лет - сплошное лицемерие, сиюминутная угодливость и поиск «теплого местечка» для собственного безбедного существования: не более чем!..

В среде журналистов отношение к новому изданию было также неоднозначное – в газете «Советский Татарстан», партийном рупоре республики, вышла разгромная статья, написанная известным в те годы журналистом Постновым. Этот человек в своей жизни претерпел загадочные трансформации – в 90-е годы объявил себя независимым журналистом, сотрудничал с полуподпольными политическими изданиями, затем попал в скандал, связанный с шантажом, а в 2006 году предложил свои материалы... «Отражению»! В этой связи хочется понять: а где был настоящий журналист Постнов – когда писал «заказуху» в 1989 году или когда боролся за свободу печати в 90-х? Впрочем – Бог ему судья...

Интересно также, что в 1990 году в Казанском газетном издательстве было проведено собрание редакторов заводских многотиражек, где директор издательства попросил у них согласия на выпуск новой независимой газеты: собрание, конечно, «единодушно» проголосовало за отказ!.. А там, на собрании, было немало заслуженных работников «советской журналистики» – многие из них и сейчас при деле: ратуют, небось, за демократию и свободу печати.



1990 год. Главный редактор «Отражения» распространяет газету на митинге общества «Мемориал»...

Однозначно «Отражение» в те годы среди журналистских мэтров поддержал только один человек – это Андрей Гаврилов, главный редактор газеты «Вечерняя Казань». Правда, определенную поддержку мы нашли в политической оппозиции – так, в Набережных Челнах появился «бухаринский клуб» Валерия Писигина. Они регулярно начали приглашать нас на свои конференции. Кроме того, первые номера «Отражения» пришлось, в основном, продавать во время политических митингов, на собраниях общества «Мемориал» – где люди подходили к нам и благодарили. Часть тиража распространяли на комсомольских конференциях – иногда бесплатно, иногда за деньги. Артур Гафаров вспоминает, как однажды на одной из конференций какой-то человек не заплатил за газету, и он бежал за ним, пока его не скрутили крепко сбитые «комсомольцы»: «Ты что, дурак?! Это же первый секретарь райкома партии!..» А он в ответ: «А что, тогда и платить не надо, что ли?..»

Иногда «Отражение» продавали прямо на улице: представьте, стоит компания студентов в не совсем трезвом виде и продает газету на улице Баумана, громко выкрикивая рекламные зазывания. Некоторое время милиция смотрела на это сквозь пальцы - иногда даже директора магазинов в центре выделяли для святого дела какой-нибудь стол в виде прилавка. Но попытка продавать газету в стенах Казанского Госуниверситета была тут же пресечена: «Идите подобру-поздорову, а то в отделение отведем!..» Не убедили даже рекомендательные письма от горкома ВЛКСМ...

Однако перемены витали в воздухе, и мы делали все, чтобы эти перемены произошли как можно быстрее!..

Одним из знаковых событий того времени было то, что «Отражение» попало в так называемый Архив независимой прессы Восточной Европы при Бременском Университете (Германия), о чем мы получили официальное уведомление – несмотря на наше официальное партийное и комсомольское «крышевание», все понимали, что мы выпускаем оппозиционную официальной государственной идеологии газету.

В 1990 году наша деятельность привлекла внимание всех тех, кто хотел заниматься издательской деятельностью – поступал один заказ за другим!.. Сначала Союз кооператоров Татарстана предложил нашей группе издавать свою газету, затем – молодежное объединение «Подросток» при том же горкоме ВЛКСМ, еще один заказ поступил из Набережных Челнов, где нуждались в выпуске молодежной газеты. Известный сейчас в Казани жилищный чиновник Владимир Андреев предложил издавать газету «Домовой» – прообраз современных рекламных газет в области строительства жилья и внутренней отделки помещений.

Первый материал об «Отражении» в знаменитой в начале 90-ых «Вечерней Казани» написал молодой Артем Карапетян – сейчас маститый редактор экономического портала и вице-президент банковской ассоциации. А еще один друг газеты сейчас работает... министром – Рафис Бурганов, будучи секретарем райкома ВЛКСМ, организационно помогал «Отражению» в первые годы, а сейчас дослужился до поста министра образования Татарстана!..

Вскоре в Доме Политпроса начала собираться разношерстная команда молодых журналистов – в том числе Владимир Матылицкий, Ринат Ахметзянов (впоследствии – редактор телепрограмм на местных каналах, ныне – корреспондент крупного интернет-портала), Эдуард Исмагилов (впоследствии – пресс-атташе ФСБ Татарстана), Дмитрий Туманов (ныне – доцент Института массовых коммуникаций и социальных наук КФУ), Акрам Шафигуллин и Леонид Паер (к сожалению, уже покинувшие этот мир!) и др. Молодые ребята с журфака приносили свои статьи, подрабатывали на технической работе. А сейчас мы можем гордиться тем, что Сергей Шерстнев – шеф-редактор службы новостей казанского телеканала «Эфир», Дмитрий Михайлин дослужился до замредактора «Российской газеты», а молчаливый и серьезный Вадим Шамсуллин в Москве возглавляет газету «Моя семья». В этой же команде делала свои первые творческие шаги Лаура Ильина, которая впоследствии стала известным казанским фотомастером.

К сожалению, реализовать полностью потенциал этой незаурядной команды не получилось – по ряду не зависящих от нас причин: нехватка финансирования и проблемы с печатанием газет и снабжением бумагой. До сентябрьского путча 1991 года мы смогли выпустить 9 номеров «Отражения». Эра «Отражения» при коммунистах закончилась!..

После очередного разноса и многочасового отчитывания Володя Сидоров, уже на улице, сказал: «А знаете, что мы сделаем, когда эти (имелись в виду партийные чиновники) уйдут?.. На первой полосе очередного номера «Отражения» поместим огромную женскую ж...!»

И это время пришло!..

Но все это, конечно, только сухой «отчет о проделанной работе». А если вспомнить эмоции, которые остались от того невероятного времени, времени больших перемен, то перед глазами стоит одна картинка: целый день, в мороз, продаем «Отражение» на очередном митинге общества «Мемориал», и вдруг, через некоторое время, к нам подходит миловидная интеллигентная женщина и говорит: «Спасибо за то, что вы напечатали стихи моего сына...» Оказывается, эта женщина – знаменитый у нас в городе театральный педагог и бывшая прима Качаловского театра Юнона Карева, первая жена кинорежиссера Станислава Говорухина, известная всем по небольшой роли в сериале «Место встречи изменить нельзя». В те годы она и не думала, что какая-то газета может напечатать достаточно смелые стихи ее сына, знаменитого впоследствии Сергея Говорухина, который всю свою жизнь посвятил работе в ветеранских фондах Чечни и Афганистана. Такие знакомства и встречи запоминаются на всю жизнь, как и искренние слова благодарности за смелый гражданский поступок.

А Сергей Говорухин спустя несколько лет умер – сказалось, видимо, ранение, полученное на чеченской войне. Через некоторое время умерла и Юнона Ильинична Карева. Это проклятое время не знает по отношению к нам никакой жалости...

Далее →